Современная гуманитарная академия
карта сайта
vk.com/megavuz ok.ru/megavuz facebook.com/megavuz instagram.com/megavuz
Бесплатный звонок:
8 800 200 200 2
Личная студия
Поиск по сайту

К 125-летию Н.С. Гумилева. Открытие мемориальной доски

09.06.2011

К 125-летию Н.С. Гумилева. Открытие мемориальной доски

Сегодня многие склонны считать, что Россия богата только природными ресурсами. Но это, конечно же, глубокое заблуждение. Россия богата своей историей, культурой, а главное - людьми, яркими и неординарными личностями.

К великому сожалению, мы плохо знаем своих героев, часто совсем не знаем, или знаем их однобоко. Особенно это касается тех, кто жил и творил в лишенный каких-либо полутонов и оттенков черно-белый, или, правильнее, красно-белый период времени, что пришелся на начало и первую половину 20-го века. К подобным людям можно отнести исследователя Африки русского офицера Булатовича, полярного исследователя адмирала Колчака, "второго Пржевальского" генерала Корнилова и ряд других, чьи имена высечены на скрижалях часовни-музея о.Федора Конюхова в Москве, на Садовнической. К ним же следует причислить и Николая Степановича Гумилева.

Большинству Гумилев известен как, талантливый поэт т.н. "серебряного века" русской поэзии. Кто-то в курсе, что он состоял в супружеских отношениях с поэтессой Анной Ахматовой и был отцом Льва Гумилева, автора теории этногенеза. Но мало кто знает, что он был насквозь пронизан не только духом высокой поэзии, но и духом настоящих путешествий и приключений. Его поэтическая Муза была, одновременно, и Музой дальних странствий. Благодаря экспедициям Николая Гумилева в Эфиопию, или Абиссинию, экспозиции Музея антропологии и этнографии в С.-Петербурге (Кунсткамеры) обогатились коллекцией уникальных этнографических материалов, а мировая литература - поэтическими шедеврами африканской тематики. Это, как правильно кто-то отметил, наш русский Киплинг, безо всякого преувеличения!

Недалеко от Павелецкого вокзала, на каменной стене музея якорей и, одновременно, часовни в честь св.Николая Чудотворца, построенных о.Федором Конюховым, среди якорей, стел и бюстов выдающимся путешественникам и мореплавателям появилась новая мемориальная доска. Первая и единственная в Москве, посвященная памяти Николая Гумилева и установленная по инициативе телекомпании СГУ ТВ и Современной гуманитарной академии. Сделан скромный шаг в попытке изменить ситуацию и донести до нашего с вами сознания всю глубину и многоплановость характера Николая Степановича Гумилева - путешественника, воина, поэта, простоту и величие его жизненного подвига.

Время и место выбраны не случайно. Нынешний год - год 125-летия со дня его рождения, 100-летия проведения 2-й абиссинской экспедиции (из трех состоявшихся), и 90-летия с момента гибели в застенках ВЧК по сфабрикованному обвинению.

А совсем недавно, в мае с.г., завершилась длительная экспедиция на верблюдах по Эфиопии Федора Конюхова.

Ее тысячекилометровый маршрут, через Афарскую саванну, долину реки Аваш и Абиссинское нагорье, проходил, в том числе, и по местам, хранящим память о пребывании там Гумилева. Как известно, поэт был привязан к этой части Африки: здесь он обретал и укреплял веру в себя, становился - не на показ - настоящим мужчиной, реальным исследователем, проникался чувством здоровой авантюры, черпал вдохновение для творческого самовыражения, находил близких по духу людей и сплошные поводы для удивления публики в Санкт-Петербурге.

Начиная с XIX века, Абиссиния, родина прадеда Александра Пушкина Ибрагима Ганнибала, просто тянула к себе русских деятелей, фигуры которых были одна колоритнее другой. Это и выдающийся авантюрист, вольный атаман Николай Ашинов, умудрившийся основать казачью станицу Новая Москва на побережье Красного моря, но не нашедший понимания и поддержки у российского правительства и вынужденный ретироваться под дулами орудий французского линкора. И отставной поручик Николай Леонтьев, за свои заслуги удостоившийся высшей награды эфиопского правителя, графского титула и даже ставший генерал-губернатором каких-то там провинций. И, уже упоминавшийся, лихой гусар Александр Булатович, первым из европейцев исследовавший юго-западную часть страны и открывший в центре Африки труднодоступный хребет Николая II. Во многом эфиопская империя, как независимое африканское государство, избежавшее внешней колонизации, состоялось благодаря явной и неявной помощи посланников из России.

Одна из интересных личностей, с которой пересекся Н. Гумилев в Африке - "русский эфиоп" и "русский Гоген" Евгений Сенигов, бывший военспец, направленный с миссией в Эфиопию, женившийся на знатной эфиопке и осевший там. Будучи талантливым художником, он писал удивительные картины, включая портреты окружения императора Менелика II. По некоторым данным, приехав в 1923 году в Советскую Россию, как и Гумилев, был расстрелян чекистами. Встреча Гумилева с Сениговым, их совместные похождения не могли не оставить глубокого следа в душе поэта.

Все это будет отражено в документальном цикле о необычном караванном переходе Федора Конюхова из древнего Харара в еще более древний Аксум, где, как предполагают, еще со времен царя Соломона в одном из христианских храмов хранится библейский Ковчег завета. Именно так - "Ковчег завета" - и был назван экспедиционный проект, нацеленный на восстановление и развитие культурных, деловых и духовных контактов между Россией и Эфиопией. Цикл, к выпуску которого приступил видеодокументалист и участник экспедиции Владимир Зайцев, будет показан, впоследствии, по каналу "Первый образовательный".

Памятную доску Николаю Гумилеву открыли известный путешественник-миссионер, член Общественного совета телеканала "Первый образовательный" о.Федор Конюхов и Президент телекомпании СГУ ТВ Петр Карпенко.

Двое в Африке
(Н.Гумилев и Е.Сенигов, 1911г.)

Русский Киплинг и русский Гоген,
Озирая клыкастые горы,
Отдыхали в тени сикоморы.
Солнцем Африки взятые в плен.
А вокруг, меж хребтов и долин,
Простиралась провинция Кафа,
Где не сложно увидеть жирафа,
Где орел в небесах - властелин.
Что загнало их в дикую даль?
Что подвигло покинуть столицы,
Выбрав край, где, не светские, львицы
Разумеют свинец лишь и сталь?
Где темнеет в глазах от жары,
Где пустыни уходят в провалы,
Из болот поднимаются скалы
И коварней гиен - комары.
Может быть, это вызов судьбе?
Может статься, взыграла гордыня?
Или - способ  подумать о сыне
Вместе с мулом в тяжелой ходьбе?
Разве можно их в чем-то корить!
Два творца, Николай и Евгений,
Без скитаний и без приключений
Не умели ни жить, ни творить.
Жаждешь пламени - дуй на угли,
А не радуйся блеску лучины.
Вот и здесь: два достойных мужчины,
Помолясь, поднялись, и пошли.
От привычных морозов и вьюг,
От сюсюканий и причитаний,
За три моря, дорогой исканий
На далекий, таинственный юг -
В Абиссинию, все побросав.
В яркий мир, где, внезапно, от блика
Оживает портрет Менелика,
Где изысканный бродит жираф…

Владимир Борода

По абиссинским следам Гумилева

Сегодня апрель, и совсем не весенний пейзаж.
Не радуют кофе, лимоны, изысканность блюд.
Послушай, в далекой саванне, у речки Аваш,
Невиданный бродит верблюд.

Его отличают особая сила и стать,
И взгляд поразительно мудрых, на выкате глаз.
Такого, поверь мне, совсем не легко обуздать,
И вовсе уж дик бесшабашный верблюжий экстаз.
                                                    
Когда на рассвете он розовым светом объят,
Его пробужденье приветствует птичий ансамбль.
И буйволы-ориксы с каменным видом стоят,  
Когда по саванне он движется, словно корабль.

А, если, жары не боясь, переходит на бег -        
Трясется равнина и вихрем возносится пыль…   
Но ты  замечаешь лишь холод, да слякотный снег,
За бред принимая  мою  африканскую быль.

Не надо грустить. Поменяем дворец на шалаш,
И звезды на небе заменят вечерний салют.     
Послушай, далёко, далёко, у речки Аваш 
Невиданный бродит верблюд…

25.05.11г.


Возврат к списку

АРХИВ - Новости Академии 2010г.